Украина играет в песочнице: катера ВМСУ «Кентавр» — большие, уязвимые и ненужные

10 декабря главный конструктор киевского судостроительного завода «Кузня на Рыбальском» Сергей Белозубенко объявил, что его предприятие готово ежемесячно спускать на воду по одному десантно-штурмовому катеру «Кентавр». С оговоркой: «Если вовремя будут поставляться иностранные комплектующие».

В тот же день в Севастополе прошла торжественная церемония по приему в состав Черноморского флота малого ракетного корабля проекта 21631 (шифр «Буян-М») «Орехово-Зуево», во время которой командующий Черноморским флотом вице-адмирал Александр Моисеев озвучил дальнейшие планы пополнения корабельного состава КЧФ.



«Процесс поступления новых кораблей идет по графику… До конца декабря в Новороссийске мы планируем подъем флага на новом патрульном корабле «Василий Быков». Следующим, уже в 2019 году, в состав флота войдут патрульный корабль «Дмитрий Рогачев», морской тральщик «Иван Антонов» и скоростной транспортно-десантный катер нового проекта», — сообщил Александр Моисеев без каких-либо оговорок.

Очевидно, что Черноморский флот становится сильнее, а значит и Россия на южном морском направлении тоже становится сильнее, добавил вице-адмирал.

Ну, а что же ВМСУ? 

Собственно, с потерями у украинских моряков все понятно. Один рейдовый буксир и пара малых бронированных артиллерийских катеров были задержаны 25 ноября российскими пограничниками.

А как у украинцев обстоят дела с пополнением корабельного состава ВМСУ?

Откровенно говоря — не очень. Из реального — доставка из Штатов пары б/у патрульных катеров типа «Island» и ввод в строй прибывшей 19 ноября из Киева в Одессу пары свежепостроенных десантно-штурмовых катеров проекта 58503 «Кентавр-ЛК». Все прочее, включая достройку корвета проекта 58250 и закладку катеров типа «Лань», вооруженных противокорабельными ракетами «Нептун», пока еще пребывает в стадии грез и мечтаний. 

По этой причине давайте познакомимся поближе с теми единицами, которые ВМСУ раньше других смогут ввести в строй, — с «Кентаврами», которые готов ежемесячно выпекать, как пирожки, пан Белозубенко.

Чтобы понять, откуда они взялись, нам понадобится небольшой экскурс в историю.

Катера со шведскими корнями

Еще в 1991 году шведская компания Dockstavarvet разработала и с тех пор постоянно пиарила на всех доступных международных военно-морских выставочных площадках свой десантно-штурмовой катер Stridsbåt 90, он же Combat Boat 90 (CB90).

Надо отдать должное шведам — катер у них получился очень удачный. Имея водоизмещение в пределах 18 тонн, катер брал на борт 20 человек десанта, имел неплохую мореходность и фрагментарное противопульное бронирование, разгонялся до 45 узлов, при необходимости мог транспортироваться на палубах гражданских судов или в твиндеках десантных кораблей, а также на автотралах. ТТХ Stridsbåt 90 позволяли использовать катер как для патрулирования прибрежной акватории, так и для ведения разведки, а также осуществления скрытой высадки на побережье разведывательно-диверсионных групп и их огневой поддержки. 

Неудивительно, что обладающие таким «букетом» достоинств Stridsbåt 90 к концу 2010 года состояли на вооружении уже не только шведского флота, но и американского, британского, греческого, мексиканского, малайзийского и норвежского.

Не миновала мода на Stridsbåt 90 и российских моряков. Взяв концепцию шведского катера за основу, КБ ОАО «Ленинградский судостроительный завод «Пелла» по заданию ВМФ России к 2013 году разработало конструкцию российского патрульного катера проекта 03160, шифр «Раптор». 

Головной «Раптор» был спущен на воду 15 августа 2013 года. На данный момент ОАО «ЛСЗ «Пелла» сдало Флоту уже 13 патрульных катеров проекта 03160, которые несут службу на Балтийском и Черных морях.

Важный нюанс. Черноморские «Рапторы» успели поучаствовать не только в охране мероприятий Олимпиады-2014 в Сочи, но и в патрулировании акватории сирийского порта Тартус, где находится 720-й пункт материально-технического обеспечения ВМФ России. При этом чаще всего, согласно открытой информации, «Рапторы» использовались в составе морских разведывательных пунктов специального назначения.

Технические характеристики «Раптора» выглядят следующим образом. Водоизмещение — 23 тонны. Скорость полного хода — 48 узлов. Дальность плавания экономическим ходом — 300 миль. Катер способен свободно действовать в море при волнении до 5 баллов. Ходовой пост и десантный отсек «Раптора» защищены композитными панелями, способными выдержать попадание 7,62-мм пуль. Корпус катера с целью облегчения конструкции выполнен из алюминиевого сплава. Экипаж — два человека. «Раптор» способен принять на борт до 20 человек десанта. 

Основное вооружение российского катера представляет собой разработанный ОАО «НПО «Карат» дистанционно управляемый боевой модуль «Управа-Корд». Последний включает в себя гиростабилизируемый оптико-электронный модуль и крупнокалиберный 14,5-мм пулемет КПВТ.

«Управа-Корд» способен обнаруживать цели на фоне помех, автоматически просчитывать траекторию движения цели и корректировать огонь с учетом поправки на внешние факторы. Среди типовых функций системы управления огнем модуля имеется и т. н. «предупредительный огонь». Это когда выбравший данную функцию оператор захватывает цель, а электроника сама рассчитывает угол поворота пулемета, при котором очередь не заденет цель, но аккуратно ляжет поперек ее курса.

Дальность обнаружения боевым модулем целей составляет 3 км, прицельная дальность стрельбы — 2 км. При этом дальность полета 14,5-мм пули с высокой убойной силой составляет 8 км. На дистанции 500 метров боеприпасы КПВТ способны насквозь прошить 32-мм броню. При попадании в типовую обшивку самолета пули 14,5-мм пулемета оставляют пробоины диаметром до 400 мм.

В случае необходимости вместо КПВТ боевой модуль может быть укомплектован автоматическим гранатометом. Над машинным отделением «Раптора» имеется платформа, на которой возможна установка двух 7,62-мм пулеметов «Печенег».

Словом, российский «Раптор» получился достаточно «зубастым».

Были у нашего «Раптора», конечно, и минусы. Например, формирование алюминиевых корпусных конструкций катера оказалась делом достаточно трудоемким, что вынуждало выполнять его исключительно вручную. 

Отметим, что победное шествие концепции Stridsbåt 90 по постсоветскому пространству на «Рапторах» не закончилось. С явной оглядкой на шведский катер, концерн «Калашников» разработал десантный катер проекта 02510 типа «БК-16». Внешне он оказался столь похож на «Раптор», что неспециалисты часто эти катера путают. На данный момент три катера проекта 02510 переданы ВМФ России, а один — Росгвардии. 

А что же Украина?

От инициативы до интриги

Украинцы тоже не пожелали оставаться в стороне от модных флотских веяний и объявили о начале проектирования на базе проекта Stridsbåt 90 собственного десантно-штурмового катера. Форсировать работы в этом направлении их заставила как очевидная слабость ВМСУ, так и напряженная ситуация, сложившаяся в акватории Азовского моря после воссоединения Крыма с Россией, а также начала гражданской войны в Донбассе. 

Опять же, спроектированные для действий на реках, но строившиеся еще с 2012 года для ВМСУ бронекатера проекта 58155 (шифр «Гюрза-М») по своим ТТХ под понятие «мореходные десантно-штурмовые катера» не совсем подходили. Точнее, не подходили вообще.

Конец экскурса. Переходим к истории непосредственно «Кентавров». 

В инициативном порядке разработкой техпроекта десантно-штурмового катера проекта 58181 (шифр «Кентавр») занялся коллектив государственного предприятия «Исследовательско-проектный центр кораблестроения» (ГП ИПЦК) во главе с главным конструктором Сергеем Кривко

Кривко незадолго до этого принимал участие в создании «Гюрзы-М» и использовал часть наработок по этой теме при формировании облика будущих «Кентавров». Тем самым он постарался совместить в рамках одного проекта, условно, бронетранспортер и болид Формулы 1. К чему привела эта «смесь ежа и ужа» мы поговорим позже, а пока отметим, что инициативная разработка ГП ИПЦК заинтересовала украинских военных моряков. И не только их, но и минобороны Украины, а также руководство ГК «Укроборонпром».

Благодаря этому к концу 2015 года разработка техпроекта десантно-штурмового катера проекта 58181 была завершена. Всего, по мнению экспертов, ВМСУ требовалось не менее восемнадцати «Кентавров». Но средств на постройку такой катерной армады у Украины не было, поэтому на первых порах украинское минобороны решило ограничиться заказом куда меньшего количества единиц. 

24 мая 2016 года минобороны Украины заключило с принадлежащим президенту Петру Порошенко киевским судостроительным заводом договор на постройку первой пары «Кентавров». ГП ИПЦ передало на завод документацию техпроекта и с плохо скрываемым ликованием стало ждать хорошо оплаченного заказа на составление уже рабочего проекта десантно-штурмового катера. Но администрация завода Порошенко тоже оказалась не лыком шита. Ознакомившись с присланной Сергеем Кривко документацией, на заводе внесли в нее несколько чисто косметических изменений, после чего на основе техпроекта ГП ИПЦ разработали формально свой собственный рабочий проект десантно-штурмового катера.

 Пока персонал ГП ИПЦ приходил в себя от такого «подарка», хваткие заводчане перерегистрировали проект катера в рамках госзаказа под новым номером 58503 и шифром «Кентавр-ЛК» (ЛК — «Ленинская кузня». Так до кампании декоммунизации на Украине назывался завод «Кузня на Рыбальском»). 

В общем, когда 28 декабря 2016 года состоялась закладка ДШК-01 и ДШК-02, то они официально закладывались уже не как катера проекта 58181 (шифр «Кентавр»), а как катера «абсолютно нового» проекта 58503 (шифр «Кентавр-ЛК»)!

Как говорится, без комментариев. 

14 и 18 сентября 2018 года оба «Кентавра-ЛК» были благополучно спущены на воду, а 19 ноября катера, как мы уже упомянули, прибыли в Одессу. Официально — для завершения испытаний. Неофициально — еще и для завершения установки необходимого оборудования. Потому что все положенное «Кузня на Рыбальском» установить на катерах вовремя не успела и, во избежание выплаты неустойки, выпихнула «Кентавры-ЛК» с завода в состоянии «как есть». 

«Кентавры-ЛК» пришли в Одессу без части приборов, дисплеев, электронных блоков. Носовые аппарели катеров, которые, по проекту, должны были использоваться для высадки десанта, оказались намертво застопорены швеллерами на болтах. Должно быть, штатные стопорные механизмы аппарелей на заводе тоже установить не успели…

Уязвимый переросток

Пожалуй, пора рассказать о том, что же собой представляют десантно-штурмовые «Кентавры-ЛК». 

С изготовлением корпуса катера из алюминия украинцы связываться не рискнули и сделали ставку на сталь и сварку. Это заметно удешевило изготовление катерного корпуса, но одновременно изрядно добавило ему массы.

Сконструировать десантно-штурмовые катера на 100% украинскими не получилось. Главные двигатели, дизель-генераторы, водометы, редукторы, навигационное и радиооборудование для катеров проекта 58503 Киеву пришлось закупать за границей.

Дальше — веселее. Поскольку задача транспортировки катеров на палубах и в твиндеках других судов илм кораблей перед украинскими разработчиками не ставилась, они сразу увеличили размеры «Кентавра» настолько, чтобы он мог принять экипаж из пяти человек, взвод десанта в составе 32 человек, а также запас топлива, которого хватило бы минимум на 400 миль движения экономическим ходом. Правда, водоизмещение «Кентавра» при этом «прыгнуло» до 54,5 тонн, но Кривко это не смутило, что, вообще-то, выглядит странно. 

Установить на скоростном десантно-штурмовом катере сколь-нибудь серьезное бронирование физически невозможно. Таким образом, выживаемость подобного катера, при свойственной ему специфике использования, в немалой степени зависит от малозаметности. Последняя же, как нетрудно догадаться, напрямую зависит от размеров катера. Разработчики «Кентавра» могут сколько угодно рассказывать о том, что их детище спроектировано с учетом стелс-технологий, но… 

Но длина «Кентавра» — 24,3 метра, а длина российского «Раптора» — 16,9 метров. При этом у украинского катера, за счет характерной утюгообразной бронерубки, еще и высота больше, чем у его российского визави. Думается, после этого вопрос, какой катер легче обнаружить, а значит и легче поразить, становится риторическим. 

Кстати, высокая бронерубка, как и сама схема противопульной бронезащиты катера, были позаимствована Кривко для «Кентавра» у его предыдущего детища — уже упоминавшейся выше «Гюрзы-М». 25 ноября сего года стало понятно, что с качеством использованных на катерах украинских бронепанелей что-то не то. В этот день российский ПСКР «Изумруд», осуществлявший задержание нарушившей морскую границу РФ корабельно-катерной группы ВМСУ, был вынужден открыть огонь на поражение по бронекатеру «Бердянск». Несколько снарядом ПСКРа угодили в бронерубку «Бердянска». 

Естественно, рассчитанные на сопротивление 7,62-мм пулям бронепанели «Бердянска» не смогли остановить 30-мм снаряды «Изумруда». Но бронепанели катера при этом оказались не просто пробиты. Они разлетелись на отдельные осколки, которые и ранили трех членов экипажа бронекатера. 

«Кентавр» против «Раптора»

Вернемся к большим размерам «Кентавра-ЛК». Исходно предполагалось, что украинские десантно-штурмовые катера будут иметь максимальный ход не ниже, чем у «Рапторов». Однако разогнать 54 с гаком тонны до 48 узлов украинцы не смогли. Пан Белозубенко божился, что «Кентавра-ЛК» развивает до 40 узлов. С учетом того, что в пресс-релизах «Кузни на Рыбальском» максимальный ход десантно-штурмового катера обтекаемо обозначен фразой «не менее 35 узлов», то, скорее всего, там все же не 40, а меньше. проще говоря, «Раптор» «Кентавра-ЛК» догнать сможет достаточно легко, а вот наоборот — никак. 

Украинцы парируют этот тезис тем, что вооружение «Кентавра-ЛК» куда мощнее, чем у «Раптора». Действительно, на первый взгляд, все так. Согласно официальной информации, каждый «Кентавр-ЛК» несет по два стабилизированных боевых модуля с 12,7-мм пулеметами и автоматическими гранатометами, морские мины, а также такую экзотику, как РСЗО с двумя 20-зарядными блоками. Предполагается, что в блоки будут заряжаться 80-мм неуправляемые реактивные снаряды С-8, снабженные украинскими программируемыми взрывателями. Таким образом, эта РСЗО якобы способна не только поражать наземные цели на дистанции 7 км, но и эффективно бороться с дронами и боевыми вертолетами противника.

Выглядит все это хозяйство, безусловно, внушительно. На бумаге «Кентавр-ЛК» по вооружению превосходит «Раптор», а на воде и в реальном бою? Тут все не столь однозначно.

Во-первых, комплекс вооружения «Раптора» вполне отработан, в то время как надежность боевых модулей «Кентавра-ЛК» находится под большим вопросом. В частности, боевые модули выпущенных той же «Кузней на Рыбальском» украинских бронекатеров до сих пор часто работают не корректно, а то и вовсе выходят из строя. Соответственно, нет никаких оснований полагать, что боевые модули украинских десантно-штурмовых катеров почему-то будут работать лучше. 

Во-вторых, исходя из ТТХ «Раптора» и его комплекса вооружения, именно российский катер будет диктовать наиболее выгодную для себя дистанцию боя. При этом сам «Раптор» быстрее, маневреннее и меньше по размерам, чем «украинец». 

В-третьих, «Раптор» может использовать свое вооружение при волнении до 5 баллов, а «Кентавр-ЛК», по словам украинских же экспертов, — лишь до 3 баллов. 

Наконец, в-четвертых и в главных. «Рапторов» на южном направлении у России куда больше, чем «Кентавров-ЛК» — у Украины. Да и вряд ли в пиковой ситуации «Раптор» окажется с украинским десантно-штурмовым «переростком» один на один. Как подсказывают события 25 ноября, рядом с «Раптором» будет еще несколько российских военных катеров и кораблей, а с воздуха их будут прикрывать ударные вертолеты и штурмовики.

Детские игры в песочнице

Исходя из вышесказанного, можно сделать следующие выводы. 

В случае переброски на Азовское море, пара «Кентавров-ЛК» вполне способна устроить ряд неприятных неожиданностей защитникам ДНР. Но — до определенных пределов: это подсказывает гибель в Азовском море 31 августа 2014 года катера украинских «прикордонников», в 3 милях от берега расстрелянного танковыми управляемыми ракетами. 

Там же, на Азовском море, украинские десантно-штурмовые катера вполне способны попортить нервы нашим пограничникам. Но — тоже до определенных пределов, как подсказывает нам отперфорированная 25 ноября 2018 года 30-мм снарядами рубка бронекатера «Бердянск».

В любом случае, как-то изменить сложившийся в черноморско-азовской акватории баланс сил ни двум, ни восемнадцати «Кентаврам-ЛК» будет не под силу. О чем, кстати, совершенно открыто заявил директор украинского издания Defense Express Сергей Згурец.

«Конечно, пополнение Военно-морских сил Украины такими катерами следует приветствовать, — заявил он. — Но мы понимаем, что сейчас потенциал флота нужно усиливать другими мерами, направленными против реальных угроз, связанных, например, с более мощными кораблями, которые есть на оснащении РФ. Сегодня, несмотря на особое внимание командования ВМС к этим малым бронированным катерам, надо делать ставку на усиление ракетного компонента оснащения Военно-морских сил…»

Иными словами, играться с бронекатерами и «Кентаврами» можно бесконечно, но хоть как-то изменить status quo на Черном и Азовском морях сможет только появление у Украины противокорабельных ракет. Пока же их нет, все украинские восторги вокруг «Кентавров-ЛК», таких больших, уязвимых и никому не нужных, — это детские игры в песочнице. Причем Украина играет в такой песочнице, где своевременность поставок совочков и ведерок — вспомним пана Белозубенко! — зависит от иностранных поставщиков. 

В общем, яка держава, таков и флот.

admin

Добавить комментарий